Прот. Александр Абрамов: Церковь – это не заказник прошлого, а инкубатор будущего во Христе

Круглый стол «Художники о вере» открыл 22 октября фестивальную программу «Артоса». Каким было церковное искусство раньше и как оно развивается сейчас? Как сочетаются традиция и новаторство? Об этом мы поговорили с архитектором, скульптором, режиссером-документалистом и священником.

Церковное искусство не может быть законсервировано, оно всегда менялось и развивалось, уверен заслуженный архитектор России Андрей Анисимов. «Церковное искусство – это живая субстанция, оно не может быть закостенелым и устоявшимся, – говорит Анисимов. – И наиболее приемлемый путь развития –изучать историю церковных искусств, находить в них что-то живое и пытаться донести это до людей».

Он представил некоторые работы из экспозиции «Собрание мастеров» Гильдии храмоздателей: «Здесь мы, во-первых, видим поиски наших мастеров в современных формах церковного искусства. А во-вторых, этой экспозицией мы хотим показать, что церковное искусство разнообразно, и даже такая, казалось бы, для нас очень понятная вещь как икона, при всем том, что она является традиционной, бывает совершенно разной».

«Я не люблю слово каноническая, потому что вообще непонятно, что оно означает, сейчас так размыто его понятие. Канон – это то, что жестко прописано и установлено. В церковной архитектуре жестко прописано только то, что храм должен состоять из трех частей: это святая святых – алтарь, сам храм и притвор. Всё остальное – традиции, а традиция может быть разной. Это может быть традиция Псковской архитектуры, или деревянного зодчества, или романской архитектуры, которую мы можем видеть на территории России», – говорит архитектор.

Анисимов также подчеркнул, что не стоит строго придерживаться классических форм архитектуры и считать любое новое веяние революционным. «Когда мы показываем, как нам кажется, очень прогрессивный проект, нам часто предъявляют такой «ёмкий» аргумент, он звучит так: «Бабушки не поймут»», – говорит архитектор.

В качестве примера он приводит храм св.вмч. Пантелеимона в Нижнем Новгороде, в котором ряд решений на первый взгляд кажется далеким от классики: неоштукатуренная кладка колонн, иконы, написанные на стене, как фрески. «Про этот проект нам как раз и было сказано, что «бабушки не поймут». На освящении этого храма мы стояли в сторонке и бабушки к нам подходили и говорили: «Какую красоту вы привезли к нам в Нижний Новгород»», – делится архитектор.

Храм св.вмч. Пантелеимона в районе Щербинки, Нижний Новгород. Фото из архива Андрея Анисимова

Еще один участник круглого стола, скульптор Василий Москвитин, подчеркнул, что предметом экспериментов могут становиться разные элементы, но не каноны.

Москвитин – автор ряда работ, посвященных Патриарху Тихону, одна из которых представлена на фестивале: бюст Первосвятителя, который после презентации на «Артосе» будет установлен на родине Патриарха в г. Торопце.

«Перед скульптором, наверное, даже больше чем перед художником, стоит проблема стилизации. Вот мы подражаем старым мастерам, но ведь в церковном искусстве тогда были только иконописные изображения, поэтому, чтобы лепить скульптуру, приходится еще что-то придумывать. И когда ты занимаешься духовным поиском, нужно думать о «духовной безопасности». В этом смысле, возможно, живописец – как богослов: можно и должно рассуждать о Боге, но нужно чувствовать меру», – рассуждает Москвитин.

 

«Вы же не исповедуетесь на церковнославянском?»

Разговор о традициях и новаторстве в церковном искусстве продолжил протоиерей Александр Абрамов, настоятель московского храма в честь прп. Сергия Радонежского в Крапивниках.

Прот. Александр Абрамов

«На протяжении, может быть, десятка лет я отвечаю в эфире на вопросы радиослушателей, почти четыре года отвечаю на телеканале «СПАС» на аналогичные вопросы телезрителей. О Господе никто ничего не спрашивает, спрашивают о том, что можно есть, а что есть нельзя, как одеваться, куда ходить. Таким образом, основная причина упадка любого церковного искусства состоит в присутствии интереса не к Господу, а к частным сюжетам. Где нет Бого-словия в широком и глубоком смысле, там и искусство будет выполнять роль падчерицы», – уверен отец Александр.

Православное кино не должно иметь в качестве обязательного элемента «свечечки» и «платочки», убежден священник. «Я тут не побоюсь прослыть каким-нибудь западофилом, хотя я им и не являюсь, но я смотрю итальянское игровое кино и новостные программы, за которыми так или иначе стоит Ватикан. Я смотрю замечательный фильм про священника дона Пино (Джузеппе Пульизи – прим.ред.), который был убит мафией за сопротивление ей. Там по существу нет ни одного церковного сюжета как такового: нет идеологии, прославления, там просто рассказывается, как человек живет, как вокруг него собирается молодежь, как нарастает недовольство мафии и как затем эта мафия получает колоссальный отпор, потому что люди оказались в состоянии быть солидарными. И для меня это хороший пример без использования специфической религиозной лексики говорить на самом деле о центральных для религиозного сознания вещах», – рассказывает отец Александр.

Он подчеркнул, что любая традиция не является ценной сама по себе. «Традиция ценна там, где она соотносится со Христом. Если это традиция ради традиции, то это очень часто вырождается просто в стилизацию», – уверен священник.

Отец Александр обратил внимание на то, что, оглянувшись назад, мы увидим множество примеров церковного искусства, которые в свое время считались революционными или даже недопустимыми.

«Зайдите в зал древнерусского искусства Третьяковской галереи, и первое, что вы там увидите – Илья Пророк XVI века с фиолетовой бородой, причем написанный в исключительно экспрессивной манере. Условно говоря, юный Зураб Церетели образца 60-х годов засмущался бы так делать – а это совершенная смелая иконопись, абсолютно ничего не боящаяся. Когда вы боитесь, вы не можете ничего доброго сделать», – говорит священник.

Он также отметил, что не стоит путать форму и духовное содержание предметов искусства.

«Если вы всего боитесь и будете только подражателями, то просто забудете о центральной вещи. Христос вчера, сегодня и завтра тот же, а жизнь, форма выражения истины о Христе могут быть совершенно разные. И это так и должно быть. Вы же не исповедуетесь на церковнославянском, хотя у нас существуют прекрасные школы? Вы исповедуетесь на современном языке. Вы не называете железную дорогу чугункой. <…> Вы приспособлены к современной реальности, пользуетесь мобильными телефонами. Давайте отходить от этого шизоидного представления о том, что Церковь – это заказник тщательно сохраняемого прошлого, Церковь – это инкубатор тщательно выращиваемого будущего во Христе», – подытожил отец Александр.

Композиция выполнена в мастерской Антона Перова в технике майолики и покрыта надглазурной эмалью, в ее основе – библейский рассказ о Всемирном потопе

 

«Критерий – духовность»

Разговор продолжил кинорежиссер Александр Куприн, который рассказал, как трудятся сегодня православные документалисты.

«Всегда, когда заходит речь о творчестве, будь то архитектура или кино, задается вопрос: где критерий оценки. Когда мы впервые попали в восстановленный Иерусалимский комплекс, я у архитектора спрашивал, похож ли восстановленный Храм Гроба Господня на тот, что в Иерусалиме, он мне сказал: «Критерий один – это духовность. Если к нам сойдет благодатный огонь, значит, храм удался. А пока мы будем служить и молиться»», – рассказал Куприн.

«Я режиссер и автор сценария фильма «Паисий Святогорец». Мы показывали его в монастырях, разным аудиториям. И ко мне подошли несколько монахов и сказали: «Вы знаете, Александр, пошла молитва». В православном кино главное – это служение», – уверен Куприн.

Режиссер подчеркнул, что сегодня появилась острая необходимость создавать православное кино о семейной жизни. «Наше телевидение, которое показывает, как жить нельзя, показывает все элементы, детали греха, связанные с семейной жизнью, с отношениями мужчины и женщины, отца и матери, матери и детей. И мы решили экранизировать книгу «Семейная жизнь». Нас поддержало Министерство культуры. Многим молодым людям этого сейчас как раз чрезвычайно не хватает: узнать, как люди счастливо живут, как строят, исходя из своих внутренних духовных состояний, свою семейную жизнь», – объясняет Куприн.

По словам режиссера, в фильме будет много историй людей, которые в свое время приходили за советом к Паисию Святогорцу: это и бездетные пары, и супруги, потерявшие детей, и девушка, искавшая жениха. «Всё это Паисий Святогорец рассказывал сестрам в монастыре, они записывали на диктофон, и из этого сделали книгу. Он собрал таким образом огромное количество историй по всему миру. К нему приходили люди совершенно из разных стран. Приезжали американцы и рассказывали ему свои истории на английском. Он никогда не знал английского, но всё понимал. И он собрал этот образ семейных отношений практически по всему миру», – рассказывает режиссер.

В фильме Александра Куприна есть и современные герои. Так, герои третьей серии – молодая пара, которая не может родить ребенка и отправилась в Грецию по местам старца Паисия.

По словам режиссера, его картина пользуется популярностью не только среди православных: «Очень много неверующих людей с огромным интересом смотрели этот фильм. Они говорили: «Вы говорите, он святой, а он гений. Гений жизни. Он выстроил себя». Они смотрят этот фильм, как фильм о необычном человеке».

Модератором круглого стола «Художники о вере» выступила главный редактор портала «Приходы» Евгения Жуковская.

Нет комментариев

Post A Comment

X